Никас Сафронов: «Меня никто не трогал на белорусской границе»

Текст: Максим ХЛЕБЕЦ
Фото: Дмитрий БОСАК

Свершилось: Никас Сафронов побывал в Бресте и уделил внимание журналистам. LITARY отобрали самые сочные цитаты из его пресс-конференции.

О замке, где живёт

– Надо Брестскую крепость восстановить и сказать – это мой замок.

У меня квартира есть в Москве роскошная, куда я вас всех приглашаю. Мы, кстати, там сделаем пресс-конференцию. У кого не хватит денег, мы поможем. Мы закажем Вам целый вагон. Слава Богу, билеты недорогие.

img_7209

О деньгах и инициативе

– Я поставил памятник Пластову в Ульяновске и оплатил. Я был инициатором и построил. Оплатил 85 тысяч долларов своих денег. Ректор Суриковского института, тогда скульптор, сделал. А губернатор, я убедил, дал постамент. И повесили табличку: на деньги и инициативу… Табличку содрали, сказав, что город давно инициативу имел,  просто денег не было.

Важно знать журналистам:

– Я смотрел фильмы на айпаде… Меня никто не трогал на белорусской границе.

Встреча по-белорусски

– Никаса встречали на вокзале с хлебом и солью. Такой красивый каравай я, честно сказать, видел впервые! – Консул РФ в Бресте.

– И вкусный, главное. – Сафронов.

Об Александре Лукашенко

– Пока я Франца Скорины сделал его образ. Он стесняется или скромничает, он отговаривается, то у него посевная, то у него… Я с ним несколько раз говорил по телефону, он – да-да-да, но вот с весны на осень, с лета на… Но я считаю, что он президент великой страны, он — человек-история, он уже не принадлежит себе и он должен позировать художникам, и лучше это будут хорошие художники, но разные. Наверное, здесь тоже есть. И его писали, и много. Надеюсь, и мой вклад будет тоже внесён.

img_7237

О Черномырдинском стиле

– Было открытие для меня, когда с Черномырдиным и компанией …., которая дружна с Беларусью, приглашали нас в баню. И я понял, почему он так коверкает слова. У него  через слово было мат. Но так всё логично и так всё строилось красиво, и, когда ему надо было прерывать эти маты, он не знал как сказать точно, а слов из песни не выбросишь. И есть вот такие стилевые подходы: говорил, как песни пел.

Не понимаю, почему я вспомнил Черномырдина…

Я не знаю, о чём мы говорим, но давайте ещё что-нибудь.

Помощь белорусской церкви

– Когда был на «Славянском базаре», у меня очень много брали автографов. Шли тысячи людей и подходили, брали, а тут стояла монашка и продавала какие-то поделки для монастыря. Я говорю, деньги сюда положите – да не вопрос! Она говорит, спасибо огромное, я за 30 минут собрала больше, чем за полгода. На следующий день я пошёл к другому ларьку такому. Что там людям заплатить копейки, 20-50 рублей. Автограф, кстати, дороже стоит. Вот так мы поучаствовали в духовности Беларуси.

О девушке

– Девушка меня бросила. Вообще, когда я расстаюсь с девушками, я говорю, что они меня бросили. Так спокойней. Им спокойней и мне удобней.

О предложении подделать картину

– Мне говорят, Никас, вот сколько вы зарабатываете? Тысяч сто? Ну, это всё равно не миллионы, которые мы Вам заплатим.  Вам ничего не надо делать. Мы вам дадим старые холсты, старые краски, старые разбавители, кисти старые, всё будет старое. Где-то скупают 15-16 век. Вам надо будет просто сделать. Мы за вами давно наблюдаем. Я говорю, ребята, а как вы продадите? – Да всё просто, выставим на аукцион в Норвегии маленький. Там особо никто не интересуется, потом даём, скажем, в Брюсселе, покрупнее. Потом на «Кристи», у него уже есть история, проверяй не проверяй, краски старые, всё настоящее,  и продаём за 30-40 миллионов. И вы свою долю получите. Я говорю, нет, слишком имя дорогое, слишком долго его зарабатывал, чтобы подделывать чужие картины. Я лучше сам приближусь к этим суммам со временем, благодаря прессе белорусской.

О великом

– Ведь Леонардо тоже делал свою Джоконду лет 20 и, наверное, ещё не закончил.

На картины Никаса Сафронова можно посмотреть в художественном музее Южной казармы Брестской крепости с 3 июня по 14 июля. Вход: 70 тысяч рублей (для взрослых) и 40 тысяч (для детей).